Почему хюррем не стала валиде

Хюррем встретилась с Люсине хатун.
– Как моя султанша и мои шехзаде?
– Эвса хатун с ними еле поспевает! – ответила султане ее пейк.
– Это почему же? – удивилась Хасеки, сворачивая накидку нищей и оставаясь в роскошном одеянии.
– Селим шехзаде и Баязид шехзаде постоянно дерутся! Шехзаде Мехмет, правда, очень старательный мальчик. Я не хотела вам говорить, но шехзаде недавно попал в нашу лечебницу.
– Аллах спаси, как же я это пропустила?? Что с моим сыном?
Хюррем побледнела и так ослабла, что ей пришлось прижаться к холодной стене.
– Хасеки, султана, ну что вы! Это было так быстро, мы просто боялись.
– Пошли быстро в покои! Я теперь от детей ни на шаг не отойду, что же это такое?
Хюррем быстро пошла, и Люсине за ней пришлось едва ли не бежать. Хюррем вошла в свои покои, где жили ее дети. Все они радостно подбежали к маме.
Мехмет уже оправился после церемонии, теперь он был высоким как для своего возраста мальчиком, черноглазым, серьезным и темноволосым. От всех он взял понемногу – от бабушки холодность и власть, от отца – любовь к военным дисциплинам и наукам, честность, старательным, но и бывали случаи, когда он показывал слугам свой характер, срываясь, капризничая и злясь. От мамы он взял доброту и ум. Не секрет, что и султан, и даже Валиде смотрели давно на подающего надежды старшего сына Хюррем как на будущего наследника престола. Конечно, это нигде не озвучивалось. Хюррем же любила всех своих детей.
– Шехзаде, Мехмет, – Хюррем поправила волосы Мехмету. – Расскажи мне, что произошло, у тебя болит что- то?
– Мааам. Ничего у меня не болит. Просто мне показалось, что у меня заболело сердце, когда я совершал прогулку верхом на Азкабане, это мой конь, мне повелитель подарил. Он еще маленький. У меня закружилась голова и я стал падать. Меня подхватила Эвса хатун, я пришел в сознание уже в лечебнице. Но мне сказали, что ничего страшного не произошло.
– Дай Аллах, с тобой все в порядке.
– Конечно, мама, – шехзаде обнял ее за шею.
– Я сама чуть сознание не потеряла, если с кем-то из вас что- то случиться, я не переживу.
– Дайе хатун! – объявили хранительницы покоев султане.
– Пусть войдет! А с вами, Селим и Баязид, я еще серьезно поговорю!
Дайе хатун вошла в покои Хюррем и поклонилась. Хюррем благосклонно кивнула ей в ответ.
– Подходите ближе, вы у меня всегда желанный гость.
– Благодарю, Хюррем султан. Я вынуждена вас расстроить, но к сожалению вам оставят только одни покои. Пока не достаточно наполнения казны, и потому мы вынуждены урезать расходы на гарем. Не только вас такое коснулось, но я попрошу Валиде султан выделить одну комнату для детской, наиболее отапливаемую и теплую.
– Спасибо, Дайе хатун. Может, я могу чем- то помочь? Например, я хотела бы организовать фонд.
– Это ваше право, Хасеки. Но проконсультируйтесь с Валиде султан.
Хюррем посмотрела на Дайе хатун. Молчание продлилось не долго:
– Дайе хатун, она на меня еще сердиться?
– Мне кажется, что нет, – улыбнулась Дайе. – Я так давно ее знаю. Вы не застали Селима 1, нашего султана, отца Сулеймана. Это был жестокий человек. Айше Хафса султан, наша Валиде, вышла замуж за него добровольно. Я тогда, помню, была еще молодая, может как вы сейчас. И то, что она увидела, отложилось на ее характере, она стала холодной. Но наша Валиде милосердна, поверьте, она не желает вам зла.
– Я верю вам. Если кто- то из гарема вас обидит, скажите мне, я разберусь.
– Не стоит. Я проведу вас к ней.
Дайе хатун и Хюррем султан вышли в покои Валиде. Об их приходе объявили, и валиде пригласила их.
– Валиде султан. – Хасеки поклонилась ей.
– Ты знаешь. Все жены моего сына на удивление разные, но сегодня я проснулась и увидела, почему он выбрал именно тебя. Так близко он не подпускал в свой мир даже меня. Самого родного ему человека. Именно потому я на тебя злилась, и за валиде. и много глупостей, которые я сама себе придумала. Иди ко мне и сядь рядом.
Хюррем подошла и села на пуфик. Валиде движением руки показала ей, чтобы Хасеки пересела на трон Валиде султан.
– За мной есть кое-какие грехи. Ты уж прости меня.
– Я прощаю вам. Я не смогу вам простить лишь покушение на моих детей или султана, а моя жизнь.
– Стоит тысячи других жизней. Ты принесла в гарем жизнь, смех, Сулейман ожил с тобой. А, казалось бы. Ты действительно, как он говорит, Смеющаяся Царица. Я не привыкла к такому. Что не надо бояться за жизнь своих детей, не стоит бояться их отца, не стоит засыпать с мыслью, что завтра в приступе ярости он казнит единственного выжившего сына. Я помню тебя, как ты потеряла Абдуллу.
– Валиде. мне кажется, он жив, я не могу в это поверить.. .почему заболел только он, никто ведь больше не заболел, обычно от такого кто- то болеет или умирает.
– Хюррем, с этим никогда не смириться, но надо жить. дальше. Я даже дочек своих не всех вижу.
Хюррем забыла о дистанции и прилегла на плечо валиде. Та утешительно взяла ее за руку и положила ладонь на плечо Хюррем.
– Я хочу с тобой помириться. Ты так нужна мне сейчас.. Кажется, мое время скоро пройдет.
– Не говорите так, Валиде! – испугалась Хасеки.
– Я ведь не молодая, Хюррем. Я хочу, чтобы ты к моменту, как меня не станет, была подготовлена к участи управляющей гаремом. Я не знаю, почему, но как- то странно Махидевран затихла. Фюлане я давно уже не знаю, но она была тихой, мудрой, послушной, как и Гюльфем. Я сегодня с Дайей хатун вспоминала, как Махидевран злорадствовала с детских смертей, и едва в пляс не пустилась, когда Фюлане ушла со дворца. Я тогда послала свою помощницу ее проводить. Махидевран выбежала и засмеялась Фюлане в лицо: " Сдох твой выродок, теперь мой Мустафа главный!" Фюлане спокойно посмотрела на нее и сказала: " Если бы умер твой ребенок, я бы не ржала, как лошадь. Хотя нет, как свинья. Ведь лошадь благородное животное. Значит, не зря слухи ходили, что ребенок не султана. Будто бы он сын Ибрагима паши. " Махидевран замерла, а когда хотела накричать на Фюлане, та уже уехала. Я не верю, что мой внук – не внук мне по крови. Никогда. У него характер деда и мои глаза. Но все это меня расстроило. Я никогда не слышала, чтобы ты играла в интриги чужими детьми. Даже шехзаде Мустафой. Ты не кроткая, и молчать не станешь, ты сильная, и не растратишь весь наш фонд на себя любимую. Я верю, что чтобы ты не делала, ты защищаешь династию. И за это я тебе благодарна, дочка.
Хюррем растрогалась от такого большого доверия и материнской любви валиде.
– Дайе хатун, принеси мне документы, что я просила, и ты можешь быть на сегодня свободна. Нам есть о чем поговорить с дочкой.
– Мама. – Хюррем горячо обняла Валиде.- Я так сильно ждала, что вы перестанете меня считать врагом.
– Разное бывает, Хюррем. Но это в прошлом. Ты тогда своему ребенку рассказывала, что ты Валиде султан. И ты правда она. Даже если я еще жива, ты валиде своим детям. Береги их, они твое будущее.
Дайе хатун отдала документы валиде и оставила их, Айше Хафсу султан и Хюррем султан, наедине. Так они пробыли, изучая документы и разговаривая о своем, до утра следующего дня.

Читайте также:  Почему тошнит от грецких орехов

Хюррем проснулась рано. Она так и уснула, сжав в руке документ. Нужно было столько наверстать. Валиде теперь брала ее под свою полную опеку, обещала, что никто не будет покушаться на нее или детей Хюррем. Валиде еще спала. Хюррем тихонько позвала к себе Дайе хатун:
– Я пойду, хазнедар, пусть Валиде султан не волнуется. Я буду у себя, если не будет каких- то внезапных вещей. Хотя ты же знаешь, Дайе, здесь всегда что- то происходит. Кстати, мне нужно было узнать один вопрос, Раду Цвански никто не видел?
– Простите, султана, но я даже не знаю кто это.
Хюррем задумчиво улыбнулась и пошла в свои покои. А тем временем Дайе выманил из покоев Сюмбюль ага.
– Что ты хотел, Сюмбюль ага?- строго спросила у него Дайе хатун.
– Дайе, ты слышала тут одну весть, – в полушепоте проговорил главный евнух.
– Насколько серьезную.
– Пошли туда, где нет ушей.

Они с Дайе ушли в библиотеку. Сюмбюль обошел всю ее – никого не было.
– Махидевран султан с Фатимой хатун готовят переворот. Она от сына узнала о никяхе, ой, что будет, Дайе!
Сюмбюль ага испугано взмахнул руками. Дайе хатун растеряно смотрела на него:
– Она же теперь может что угодно сделать. А кто мог сказать?
– Эта Фатима, будь она не ладна. Я не знаю что делать, может я зря шум поднимаю.
– Кто знает?
– Никто, хазнедар, никто. Я вот только, переловил письмо Фатьмы хатун.
Он отдал письмо Дайе.
– Делай, как посчитаешь нужным. Потому что я не знаю, чем это закончится,- сказал Сюмбюль
– Войной, Сюмбюль. Дай Аллах нашей султане Махидевран побольше разума и мудрости, а письмо я заберу. Надеюсь того, что ты сказал, не будет. А теперь пойдем.

Сериал «Великолепный век» стал настоящим хитом, собирая у телеэкранов миллионы зрителей по всему миру.

Красивые костюмы и локации, хорошая игра актёров, перипетии и интриги сюжета — всё это привлекло внимание не только женщин (данный сериал почему-то считают исключительно женским), но и многих мужчин.

Читайте также:  Покупная мастика как использовать

Сериал понравился всем. Но что же в нём является правдой, а что — чистой воды вымысел сценаристов? Давайте разберёмся…

Роксолану-Хюррем до сих пор считают одной из самых влиятельных и могущественных женщин той далёкой эпохи.

О любимейшей супруге грозного османского султана Сулеймана даже в те времена знали во многих уголках мира, но настоящая слава пришла к ней только по прошествии около шести столетий после её смерти.

Начиная с ХIХ столетия, интерес к жизни Хюррем-султан начал снова понемногу пробуждаться — стали появляться сказания, повести, романы, поэмы и другие произведения, главной героиней которых была эта женщина.

В конце 90-х годов прошлого века украинский кинематограф даже пустил на экраны телевизоров сериал под названием «Роксолана», в котором были собраны все известные мифы о Хюррем, поданные в виде романтической истории пылкой и необъятной любви между красавицей рабыней и прекрасным ханом.

Но все эти попытки глобальный интерес к Роксолане-Хюррем не пробудили, оставшись практически незамеченными для мировой общественности.

Поздняя слава

Только после начала показа турецкого телесериала «Великолепный век» гаремные интриги шестнадцатого столетия замелькали на экранах телевизоров в каждом доме — оказалось, что в Османской империи того времени, чётко следовавшей строгим исламским традициям, была женщина, которая оставила заметный след в истории.

Что касается достоверности исторических событий, показанных в телесериале, то она является весьма размытой из-за недостаточного количества фактов о жизни людей того времени.

Костюмы, украшения, элементы быта, убранство помещений, характерные фразы — всё это во многом является плодом фантазии сценаристов и оформителей.

Тайны переписки

Исследователям не хватает документов, на которые они могли бы опираться при изучении жизни османского двора, который был скрыт от посторонних глаз.

Доступ в гарем был только у султана и его наследников. Евнухи, как и наложницы, летописей и мемуаров не писали.

Поэтому о личной жизни правителя великой империи можно узнать только из писем султана Сулеймана и его ненаглядной Хюррем, вся нежность отношений которых довольно удачно показана в сериале.

Письменные воспоминания иноземных послов о событиях в гареме султанского дворца Топкапы, практически полностью основанные на слухах и сплетнях, а также приправленные собственными домыслами и страхами, рисовали образ Хюррем как коварной и злой ведьмы, одурманившей разум султана и проложившей себе дорогу к трону по тpyпам своих врагов и ненавистников.

Пять имен Хюррем

Посол Священной Римской империи в Стамбуле в своих мемуарах «Турецкие записки» называл прекрасную жену хана Сулеймана именем Роксолана.

Однако так турки называли всех рабынь-славянок, которые попадали из Восточной Европы, обозначавшейся на османских картах как Роксолания.

Но на самом деле султаншу после принятия ею исламской веры стали называть Хюррем, что означало «смеющаяся». Существует версия, что султан удостоил свою новую наложницу огромной чести, самостоятельно выбрав ей это имя.

Настоящее имя султанши, данное ей родителями, по сей день остаётся неизвестным истории. По разным версиям её могли звать Александра или Анастасия.

Существует мнение, что она могла родиться в семье украинского или польского священника. Один из летописцев того времени в своих записях называл её «дочерью попа».

Отчество и фамилия Гавриловна Лисовская, скорее всего, являются выдумкой писателей девятнадцатого столетия.

Достоверно известен только тот факт, что будущую Хюррем похитили из родного края кpымcкиe татары, продававшие османским купцам рабов на невольничьем рынке в месте, которое располагалось на территории нынешнего города Феодосия.

Впоследствии девушка оказалась в гареме молодого Сулеймана, который в то время, вероятно, ещё не занял престол, а был лишь санджак-беем (правителем) Манисы.

Будущая любимая наложница султана тогда была ещё в подростковом возрасте, поэтому она впервые появилась в покоях османского правителя только через несколько лет.

Но создатели сериала решили ускорить события, показав уже взрослую девушку, попавшую в рабство.

Была ли Хюррем «кровавой султаншей»?

В сериале «Великолепный век» Хюррем постоянно вмешивается в государственные дела не из-за скуки или для развлечения, а ради собственного выживания и выживания своих детей, которым угрожают её враги и соперницы.

Для достижения целей она манипулирует решениями султана, пользуясь его безграничной любовью к себе.

На самом же деле в своей переписке с султаном Хюррем показывает небывалый государственный ум, дипломатичность и широкую образованность как для женщины того времени.

Видимо, именно поэтому Сулейман настолько сильно доверял её советам.

Султанша на самом деле оказывала влияние на состав совета визирей, была в курсе международной политической ситуации, Сулейман даже доверял ей приём иностранных послов и позволял ей делать это с открытым лицом, о чём говорят тексты многих исторических записок.

Более того, Хюррем тратила много средств на благотворительность, строя мечети и приюты.

Что до политических интриг, которыми пронизан весь сюжет телесериала «Великолепный век», то сценаристы слегка перестарались с коварностью султанши.

Так, самые жестокие заговоры Хюррем, которые привели к казням великого визиря Ибрагима-паши и наследника престола шахзаде Мустафы, являются только лишь очередной неподтверждённой легендой.

Хюррем-султан действительно ненавидели очень многие. Она была источником зависти и страха, потому что стала первой женщиной в истории Османской империи, которая смогла так искусно использовать любовь в качестве инструмента тотальной власти как в гареме, так и далеко за его пределами.

Читайте также:  Рецепты для бутербродницы электрической с фото

С Хюррем началась новая эпоха в правлении империей, которую историки прозвали «женским султанатом».

Султанши стали открыто вмешиваться в государственные дела, о чём ещё до Хюррем не могло быть и речи.

Какие священные традиции нарушила Хюррем

Некоторые историки утверждают, что Хюррем стала причиной краха Османской империи.

Хотя её развал последовал только через несколько столетий после правления Хюррем, по мнению консерваторов именно «женский султанат» стал разваливать великое государство изнутри, правители которого становились всё слабее под женским влиянием. Так ли это было — ещё стоит разобраться.

Чем же на самом деле провинилась султанша?

Во-первых, хотя никакого запрещающего закона или религиозного правила не было, до Хюррем никогда ранее султаны ещё не брали в жёны своих наложниц.

Очарованный Сулейман освободил свою рабыню и заключил с ней никях (брак), что послужило поводом для скандала и пересудов.

Во-вторых, Хюррем отличилась тем, что родила султану аж пятерых сыновей: Мехмеда, Абдуллу (умер младенцем, в сериале не упоминается), Селима, Баязета и Джихангира.

Согласно древнему обычаю, наложница могла родить правителю только одного сына, после чего удостаивалась почётного статуса султанши, но при этом доступ в покои султана ей уже был закрыт — женщина должна была посвятить всё своё время воспитанию сына. Возможность продолжить династию получали другие наложницы.

В-третьих, Хюррем всячески препятствовала тому, чтобы Сулейман входил в uнтuмнyю связь с другими наложницами, хотя по священному обычаю султан мог иметь детей от неограниченного количества женщин (это делалось для того, чтобы престол не остался без наследников из-за высокого уровня смертности среди детей).

Бывали случаи, когда сам султан или его мать валиде-султан даже удаляли из гарема потенциальных конкуренток Хюррем — настолько хорошо она могла оказывать влияние на Сулеймана.

Есть предположение, что матери султана однажды даже пришлось извиниться перед Хюррем за то, что она отправила в покои сына одну из молодых рабынь.

В-четвертых, в то время существовала строгая традиция, согласно которой мать наследника (шахзаде) после достижения им совершеннолетия должна была сопровождать принца в санджак — провинцию, выделенную сыну самим султаном, чтобы принц «тренировал» свои навыки руководства государством.

Хюррем-султан не последовала в провинцию ни за одним из своих сыновей. Она всегда оставалась рядом со своим мужем Сулейманом во дворце в Стамбуле. Это было причиной многих возмущений и негодования.

И самое главное: такая крепкая связь между Хюррем и Сулейманом на протяжении долгих десятилетий выходила за рамки обычаев того времени.

Люди полагали, что султан, находясь под таким сильным женским влиянием, утратил способность следовать главной цели Османской империи — расширять её территорию за счёт завоевания новых земель.

Свою любовь к Хюррем султан Сулейман демонстрировал на протяжении всей своей жизни.

И даже после смерти жены (то ли от болезни, то ли от отравления) он не переставал любить её.

Супруг построил мечеть Сулеймание специально, чтобы похоронить там Хюррем и после своей смерти занять место рядом с ней.

Такой почести не знала ни одна наложница Османской империи.

Именно мать Сулеймана Айше Хафса была первым человеком в гареме, который с первой минуты нахождения Александры в Топкапы не взлюбил ее. И с каждым днем эта нелюбовь становилась все сильнее, со временем превратившись в жгучую ненависть.

Однако не всем зрителям сериала "Великолепный век" до конца понятна истинная причина таких взаимоотношений. Ведь в гареме было множество и других рабынь, были и те, которые являлись фаворитками Сулеймана и Айше Хафса относилась к ним хорошо. Ко всем, кроме будущей Хюррем.

Причин такого отношения к Александре всего три:

1. Она с первой минуты нарушили привычные законы Топкапы-сарай, хотя все остальные рабыни безоговорочно подчинялись им уже с первой секунды своего пребывания в этом месте.

2. Именно в Александре Валиде увидела свою истинную соперницу. При чем соперницу по всем фронтам – за внимание Повелителя, за право давать ему советы, к которым он и будет прислушиваться, за власть в гареме. А этого Хафса стерпеть уже не могла. Уж слишком долгим был путь Валиде от простой наложницы до главной женщины гарема и всей империи и никак уж она не могла допустить того, что какая-то славянская рабыня испортит все.

3. Став фавориткой султана Хюррем, полностью затмила собой Махидевран-султан и это был кошмар для Валиде. Ведь именно на Гюльбахар, Айше Хафса имела большие виды и надежды, что впрочем и неудивительно, учитывая тот факт, что Махидевран была ее протеже. Но неземная любовь между султаном и Хюррем испортила все эти планы.

Вот именно все эти факторы, на мой взгляд, в совокупности и стали причиной того, что мать султана Айше Хафса Валиде невзлюбила с первого взгляда Хюррем и так и не смогла принять факт ее существования до конца своих дней.

Оцените статью
Добавить комментарий

Adblock detector