Первые свои стихи поэт посвятил детям

Первым русским поэтом для детей следует считать справщика Московского печатного двора Савватия. Незначительные биографические сведения о нем можно извлечь из его произведений, а также из косвенных данных. Он был женат, имел детей, а потом постригся в монахи, очевидно, после того, как потерял семью во время одной из моровых язв (так тогда называли эпидемии, часто посещавшие Русь и всю Европу). Некоторое время служил в придворной церкви в Кремле, что сблизило его с членами царской фамилии. По рекомендации патриарха Филарета, отца царя Михаила Романова, в сентябре 1634 г. Савватий был принят на печатный двор справщиком (на эту должность назначались самые образованные и надежные люди), где работал до 1652 г. Савватий был хорошо знаком со многими знатными людьми того времени, возможно, держал свою школу, в которой обучал Детей вельмож или же посещал их на дому. В настоящее время обнаружено более 20 стихотворных произведений Савватия, 11 из которых – детские. . 20 августа 1634 г. в Москве была издана первая печатная детская книга, названная учеными азбукой Бурцова. Она представляла собой более усовершенствованную азбуку Ивана Федорова; в январе 1637 г. книга эта вышла вторым, переработанным изданием. В ней появилась гравюра, первая светская иллюстрация в книге московской печати, на которой была изображена сцена из школьной жизни. Во втором издании в числе новых текстов было довольно большое стихотворение, обращенное непосредственно к ребенку. Как недавно установлено, оно было написано справщиком Московского печатного двора Савватием. Начинается стихотворение такими строками: Сия зримая мала книжица, По реченому алфавитица, Напечатана бысть по царскому велению, Вам, младым детям, к научению. Ты же, благоразумный отроче, сему внимай, И от нижния степени на вышнюю выступай. И неленостне и ненерадиве всегда учися, И дидаскала своего во всем добром наказании блюдися. Это откровенная беседа учителя со своим учеником. В ней поэт просто рассказывает ребенку о книге, убеждает его старательно учиться, говорит о великом значении грамоты в жизни человека, дает советы, как учиться. Лучшее время для учения, говорит он, детство, поэтому предостерегает школьников от того, чтобы годы эти не тратились зря на пустые игры, ибо: К мяхкому воску чисто печать воображается, Тако же и учение во младости крепце вкореняется. Сего ради во младых ноктех учению прилежи И всякое децкое мудрование от себя отложи. Беседа эта проникнута теплыми интонациями, внимательным и уважительным отношением к ребенку, к его интересам. Здесь нет обычных для того времени угроз физических наказаний, не появляется розга. Хотя в гравюре в начале книги она изображена, однако служит скорее всего, как говорили тогда, «для прещения», т. е. предупреждения, предостережения, как символ строгости. В стихотворении автор не угрожает ею, а пользуется методом убеждения и разъяснения. Содержание и словарь стихотворения близки и понятны ребенку. В лексике мало славянизмов, поэтому его может понять и современный читатель. Свою задачу – заинтересовать детей учением-автор достигает разнообразными приемами: примерами, сопоставлением, цепью логических доводов. Стихотворение тесно связано с содержанием книги, оно предельно наглядно. Это еще не художественное произведение по современным понятиям, так как в нем нет картин, сцен, выразительных образов, а лишь зарифмованные призывы и сентенции. В то же время это уже и не публицистика. Мы ясно чувствуем образ учителя, читающего эти строки, можем представить себе и образ ребенка. Для того времени это настоящее произведение детской литературы, не уступающее лучшим образцам стихотворства тех лет. Оно было широко распространено и до нас дошло в составе многих рукописных детских книг. Самым крупным произведением Савватия является «Прещение зкратце о лености и нерадении всякому бываемому во учении», состоящее из 144 строк. В нем нарисован образ способного, но ленивого ученика, которого автор уговаривает полюбить учение, быть старательным и трудолюбивым. По своей форме это монолог учителя, в котором довольно стройно и мотивированно высказываются мысли, характеризуется сам ученик. Как и в первом стихотворении, основным воспитательным средством Савватия и здесь выступает убеждение, а литературными приемами – сравнение, уподобление. Так, он говорит, что бриллиант дорог игрой красок, блеском, а человек – образованием, «своим разумением». Образованный человек сравнивается с золотым сосудом, наполненным бисером, с источником свежей, вкусной воды. Щит во время сражения предохраняет человека от ран, «от телесного уязвления», а учение – от всяких бед и напастей. Оно украшает человека, поэтому поэт призывает детей «учение любити, ки сладкую реку пити». Другим литературным приемом Савватия является противопоставление. Учение противопоставляется неучению, леность и нерадение- трудолюбию и старанию.

Нарисовав привлекательными красками образ ученого человека, которого в будущем ожидает счастье и успех, поэт создает и эбраз неученого, пустого человека, удел которого – озлобление; А неученому – горе, аки сосуд скудельный пуст, Понеже ничто не может добра изнести от своих уст. И всегда ходит во своем неразумии, И не размышляет о своем безумии, Токмо обычий ему мудрых укоряти, И сердце их раздражати, И свое безумие утешати, И чтоб никому ничто не знати. Непосредственное обращение к ребенку, разговор о конкретных, знакомых ему явлениях делает стихотворение близким юному читателю. Древнерусские авторы, как правило, не подписывали свои Сочинения, но нередко прибегали к разнообразным приемам, чтобы Зашифровать свое имя. В «Прещении вкратце» Савватий тайнописью закрепил свое имя. Начиная с 18-й строки первые буквы строк составляют фразу: Князю Михаилу Никитичу чернец Савватий радоватися». Такой "формулой обычно начинались письма в Древней Руси. Предполагают, что Михаил Никитич – рано умерший сын известного государственного деятеля того времени Никиты Одоевского, который, очевидно, был учеником Савватия. Другое большое стихотворение Савватия – «Азбука отпускная»- состоит из 120 строк. Оно адресовано тому же ученику, что и «Прещение вкратце». Но теперь уже автор хвалит его за хорошее поведение и старательное учение, за большие успехи. Поэт нарисовал образ положительного ученика, противоположного тому, каким он был в предыдущем произведении. По своей форме это акростихидная азбука. Начиная с 24-й строки первые буквы строк составляют алфавит. Из других детских произведений Савватия выделяются два стихотворных предисловия. В предисловии к басням Эзопа говорится, что баснописец Эзоп не отличался внешней красотой, но был умен, образован, чем и заслужил честь и уважение. В своих баснях он рассказывает о зверях и птицах, но фактически «в них изображает человеческие справы» (дела). Каждая его басня много «мудрости в себе вмещает», поэтому кто их читает, из них «мудрость обретает». В заключение поэт просит с любовью и вниманием читать басни Эзопа и утешаться ими. Знаменательно то, что предисловие к басням Эзопа завершается словами о ценности и занимательности произведений и о решении издать их в печатном виде. Это дает основание сделать вполне обоснованное предположение, что Савватий готовил такую книгу к печати, но его намерение не осуществилось. Ибо такой книги Московский печатный двор в XVII веке не издавал. Произведения Савватия для детей этими тремя стихотворениями не ограничиваются. Так, в рукописном отделе Государственной библиотеки СССР им. В. И. Ленина хранится толстая рукописная детская книга под названием «Азбуковное учение», в которой большую половину составляют стихотворные произведения. В их число входят десять посланий и девять предисловий к книгам. Из десяти посланий четыре принадлежат Савватию. Одно из них содержит искаженную акростихидную фразу: «Князю Семену Ивановичу чернец Савватий челом биет». Здесь адресатом автора послания является умерший в 50-е годы XVII века князь Шаховской по прозвищу Харя, автор большого количества стихотворений, посланий, похвальных слов, записок исторического характера. В двух других посланиях яснее раскрываются некоторые взгляды Савватия. Они адресованы царю Михаилу Федоровичу, о чем свидетельствует заглавие одного из них: «Сие послание к царскому величеству». Оно распадается на две части. Первая из этих частей является пышной, многословной похвалой царю, за которой следует не менее высокопарная похвала Московскому государству. В них выражаются искренние патриотические чувства поэта, его желание видеть славную свою Родину еще более славной и могучей. Во второй части послания поэт с огорчением замечает, что славный русский царь окружен не совсем подобающей свитой, среди которой есть корыстные, малодостойные люди, преследующие только свои личные интересы. Они мешают подданным видеть царя, общаться с ним. Поэт просит царя обратить внимание на это, а также и на то, что подданным такого светлосиятельного государя живется нелегко, так как они «аки рабы. от всех попираемы» и не имеют доступа к своему любимому владыке, чтобы рассказать о своем тяжелом положении и просить о помощи. Таким образом, мы видим, что Савватий был не просто поэтом, восхваляющим царя, но и ловким дипломатом, умеющим, как писал о себе Державин, «истину царям с улыбкой говорить», критически относиться к царедворцам и вельможам. Другое послание к царю написано по поводу смерти его отца, патриарха Филарета. Оно было создано в 1633 г., в год смерти Филарета. Отмечая великие заслуги усопшего перед Родиной, всем сердцем сочувствуя царю и всему русскому народу в великом горе, признавая смерть неизбежной, поэт призывает не впадать в тяжкую скорбь, чтобы быть здоровым «на многия лета», для того чтобы победить всех врагов России. В своих посланиях Савватий выступает патриотом, искренне любящим Россию и желающим ей добра, но в то же время критически настроенным по отношению к высшей знати и сочувствующим простым людям. Не случайно эти произведения были включены в детскую книгу: они воспитывали патриотические чувства. В рукописном сборнике, дошедшем до нас под названием «Азбуковное учение», находится девять предисловий к разным книгам. Они столь значительны по своему содержанию, что составитель счел возможным поместить их без самих книг. Четыре из них принадлежат Савватию. Предисловие является излюбленным жанром поэтов XVII века, особенно первой половины. В нем обычно раскрывается содержание книги, дается оценка поступкам героев, разбираются достоинства авторского стиля, высказываются разнообразные мысли и суждения. Предисловия особенно ценны были в детских книгах, так как воспитывали любовь к книге, готовили читателя к пониманию произведения, учили делать практические выводы для себя. Наибольший интерес представляет небольшое стихотворное вступление к первому разделу «Азбуковного учения», своеобразное предисловие к предисловиям. В нем впервые ставится вопрос о необходимости связывать чтение с жизнью, с практическими делами и поступками.

Читайте также:  Рис с овощами с чем подавать

Дата добавления: 2014-01-20 ; Просмотров: 4585 ; Нарушение авторских прав? ;

Нам важно ваше мнение! Был ли полезен опубликованный материал? Да | Нет

Детство Пушкина, исследованиям которого уделяется довольно мало внимания, важно для понимания творческого пути величайшего поэта и писателя. Данное сообщение демонстрирует то, как происходило воспитание и образование маленького Александра Сергеевича, когда поэт начал свою творческую деятельность, какие для этого были предпосылки.

Краткие сведения

А. С. Пушкин родился 26 мая (6 июня) 1799 года в дворянской семье. Будущий писатель принадлежал к знаменитому и древнему роду. Детский период жизни А. С. Пушкина включает следующие годы: 1799-1811 гг.

Воспитание и образование

Детство Александра Сергеевича Пушкина отличалось холодностью и отсутствием родительской ласки. Родители А. С. Пушкина, хоть и по-особому любили старшего сына, не обращали особого внимания на воспитание своих детей. Мальчик был близок со своей сестрой Ольгой и бабушкой, отношения с родителями же всегда были довольно прохладными. Строгость матери и бережливость отца отделяли А. С. Пушкина от своих родителей.

Александр быстро научился читать, поэтому принимался за все, что находил в библиотеке отца, который был тесно связан с литературными кругами того времени. В основном А. С. Пушкин читал французские книги, что повлияло и на первые творческие работы мальчика. Уже к одиннадцати годам А. С. Пушкин знал почти все книги из отцовской библиотеки наизусть, так как память у писателя с рождения была феноменальной. Это позволяло мальчику почти не готовиться к изучаемым предметам, А. С. Пушкину достаточно было прочитать материал один раз.

А. С. Пушкин в детстве был любознательным ребенком. Он изучал русский, французский, немецкий и английский языки. Одним из его преподавателей был священник А. И. Беликов, который являлся литератором и переводчиком. Занимался с А. С. Пушкиным и его дядя Василий Львович.

Читайте также:  Полезно ли пить дрожжи

Когда мальчику было двенадцать лет (1811 г.), А. С. Пушкин, показав достойные знания на вступительных экзаменах, поступил в Царскосельский лицей, который он закончил в 1817 году.

Бабушка и няня

Так как родители не особо тепло относились к А. С. Пушкину, будущий поэт любил проводить свое время с бабушкой и няней.

Бабушка Мария Алексеевна Ганнибал, которая обладала мягкостью характера, не только нанимала для будущего писателя учителей и гувернеров, но и сама обучала Александра русской грамоте и письму. Бабушку А. С. Пушкина можно назвать его первым учителем, которому поэт позже посвятит несколько стихотворений.

Особую роль в жизни А. С. Пушкина играла няня Арина Родионовна Яковлева, которая делилась с мальчиком фольклорными сведениями: народными поверьями, сказками, поговорками и пословицами. Это сказалось в дальнейшем на творчестве А. С. Пушкина, который не только посвятил своей няне несколько произведений, но и воспользовался сюжетами рассказанных ею сказок для написания своих работ.

Первые попытки творчества

Уже в детские годы А. С. Пушкин начинает свое творчество. На это повлияла не только любовь мальчика к чтению, но и частые встречи Сергея Львовича со знаменитыми писателями и поэтами того времени: Н. М. Карамзиным, В. А. Жуковским, Д. И. Фонвизиным, И. И. Дмитриевым и другими. В раннем возрасте А. С. Пушкин слушал те произведения, которые авторы читали в его доме. Постоянные разговоры о литературе, свидетелем которых был А. С. Пушкин, влияли на его мировоззрение. Вдобавок дядя будущего писателя Василий Львович Пушкин был известным поэтом того времени. С самого детства Александр Сергеевич имел огромные возможности для пробуждения поэтических способностей и предпосылки для того, чтобы стать настоящим писателем.

Когда мальчику было 6 лет, он уже писал стихотворения на французском языке. По словам сестры поэта Ольги, А. С. Пушкин часто пренебрегал уроками для сочинения стихов. Именно перед своей сестрой Александр Сергеевич, которому было семь-восемь лет, разыгрывал пьесы.

В десять лет А. С. Пушкин попробовал писать басни. В этом же возрасте произошло событие, глубоко задевшее мальчика: после того как один из гувернеров посмеялся над «вздором», написанным А. С. Пушкиным (поэма «Толиада»), будущий писатель сжег свое произведение в печи, однако помнил его наизусть.

Самым первым опубликованным стихотворением Александра Сергеевича Пушкина стало произведение «К другу стихотворцу«.

В 1814 году молодой поэт отправил стихотворение в большой журнал «Вестник Европы».

Вскоре он был опубликован в нем под псевдонимом «Пушкин НКШП».

Считается, что Александр отправил свое стихотворение в журнал за компанию со своим лицейским другом Антоном Дельвигом.

Читайте также:  Распределение бжу на день

Так как многие из лицейских товарищей Пушкина писали стихи, до сих пор ведутся споры: кому же было адресовано стихотворение. Предполагается, что оно было посвящено Вильгельму Кюхельбекеру.

К другу стихотворцу

Арист! И ты в толпе служителей Парнаса!
Ты хочешь оседлать упрямого Пегаса;
За лаврами спешишь опасною стезей
И с строгой критикой вступаешь смело в бой!

Арист, поверь ты мне, оставь перо, чернилы,
Забудь ручьи, леса, унылые могилы,
В холодных песенках любовью не пылай;
Чтоб не слететь с горы, скорее вниз ступай!
Довольно без тебя поэтов есть и будет;
Их напечатают — и целый свет забудет.
Быть может, и теперь, от шума удалясь
И с глупой музою навек соединясь,
Под сенью мирною Минервиной эгиды [1]
Сокрыт другой отец второй «Тилемахиды» [2]
Страшися участи бессмысленных певцов,
Нас убивающих громадою стихов!
Потомков поздних дань поэтам справедлива;
На Пинде лавры есть, но есть там и крапива.
Страшись бесславия! — Что, если Аполлон,
Услышав, что и ты полез на Геликон,
С презреньем покачав кудрявой головою,
Твой гений наградит — спасительной лозою?

Но что? Ты хмуришься и отвечать готов;
«Пожалуй,— скажешь мне,— не трать излишних слов
Когда на что решусь, уж я не отступаю,
И знай, мой жребий пал, я лиру избираю.
Пусть судит обо мне как хочет целый свет,
Сердись, кричи, бранись,— а я таки поэт».

Арист, не тот поэт, кто рифмы плесть умеет
И, перьями скрыпя, бумаги не жалеет.
Хорошие стихи не так легко писать,
Как Витгенштейну французов побеждать.
Меж тем как Дмитриев, Державин, Ломоносов,
Певцы бессмертные, и честь и слава россов,
Питают здравый ум и вместе учат пас,
Сколь много гибнет книг, на свет едва родясь!
Творенья громкие Рифматова, Графова
С тяжелым Бибрусом [3] гниют у Глазунова;
Никто не вспомнит их, не станет вздор читать,
И Фебова на них проклятия печать.

Положим, что, на Пиид взобравшися счастливо.
Поэтом можешь ты назваться справедливо:
Все с удовольствием тогда тебя прочтут.
Но мнишь ли, что к тебе рекой уже текут
За то, что ты поэт, несметные богатства,
Что ты уже берешь на откуп государства,
В железных сундуках червонцы хоронишь
И, лежа на боку, покойно ешь и спишь?
Не так, любезный друг, писатели богаты;
Судьбой им не даны ни мраморны палаты,
Ни чистым золотом набиты сундуки!
Лачужка под землей, высоки чердаки —
Вот пышны их дворцы, великолепны залы.
Поэтов — хвалят все, питают — лишь журналы;
Катится мимо их Фортуны колесо;
Родился наг и наг ступает в гроб Руссо; [4]
Камоэнс с нищими постелю разделяет;
Костров на чердаке безвестно умирает,
Руками чуждыми могиле предан он:
Их жизнь — ряд горестей, гремяща слава — сон.

Ты, кажется, теперь задумался немного.
«Да что же,— говоришь,— судя о всех так строго,
Перебирая всё, как новый Ювенал,
Ты о поэзии со мною толковал;
А сам, поссорившись с парнасскими сестрами,
Мне проповедовать пришел сюда стихами?
Что сделалось с тобой? В уме ли ты иль нет?»
Арист, без дальних слов, вот мой тебе ответ:

В деревне, помнится, с мирянами простыми,
Священник пожилой и с кудрями седыми,
В миру с соседями, в чести, довольстве жил
И первым мудрецом у всех издавна слыл.
Однажды, осушив бутылки и стаканы,
Со свадьбы, под вечер, он шел немного пьяный;
Попалися ему навстречу мужики.
«Послушай, батюшка,— сказали простяки,—
Настави грешных нас — ты пить ведь запрещаешь,
Быть трезвым всякому всегда повелеваешь,
И верим мы тебе; да что ж сегодня сам…»
«Послушайте,— сказал священник мужикам,—
Как в церкви вас учу, так вы и поступайте,
Живите хорошо, а мне — не подражайте».

И мне то самое пришлося отвечать;
Я не хочу себя нимало оправдать:
Счастлив, кто, ко стихам не чувствуя охоты,
Проводит тихий век без горя, без заботы,
Своими одами журналы не тягчит
И над экспромтами недели не сидит!
Не любит он гулять по высотам Парнаса,
Не ищет чистых муз, ни пылкого Пегаса;
Его с пером в руке Рамаков [5] не страшит;
Спокоен, весел он. Арист, он — не пиит.

Но полно рассуждать — боюсь тебе наскучить
И сатирическим пером тебя замучить.
Теперь, любезный друг, я дал тебе совет,
Оставишь ли свирель, умолкнешь или нет.
Подумай обо всем и выбери любое:
Быть славным — хорошо, спокойным — лучше вдвое.

[1] То есть в школе. (Примеч. А. С. Пушкина.)
[2] Поэма В. К. Тредиаковского.
[3] Подразумеваются С. А. Ширинский-Шихматов, гр. Д. И. Хвостов и С. С. Бобров — бездарные писатели-графоманы, приверженцы «Беседы любителей русского слова».
[4] Жан-Батист Руссо — французский лирик.
[5] Имеется в виду П. И. Макаров — критик, последователь Н. М. Карамзина.

Оцените статью
Добавить комментарий

Adblock detector